На улице все тот же дождь, до дома минут 20, чтобы отвлечься, она вставляет в уши плеер с любимой музыкой, хотя вряд ли, что-то может в ее жизни называться любимым. Неспешными шагами она идет по аллее, заваленной желтыми листьями, вот уже появляется контур ее сутулого дома, по привычке она смотрит на окна, забыв, что родители живут отдельно, иногда ей очень хочется, чтобы мама всегда была с ней, только в ней она видит любимого человека, конечно, есть папа, его она тоже любит, но мама-это мама! Не увидев света в окне, она вспоминает, что в квартире никого нет.
Открывает подъездную дверь, которая глухо захлопывается за ней, давит на кнопку лифта, тот со скрипом открывает свои двери, нехотя впускает ее, нажав кнопку 10, она прислоняется к стене, смотрит на мигающую лампу, когда-то, в детстве, это пугало ее. Лифт со скрежетом останавливается, выпускает ее. На лестничной площадке не горит свет, она привыкла к этому и уже не вздрагивает, выходя из светлого лифта. Достает из сумочки связку ключей, светит зажигалкой на замок, открывает общую дверь, там уже светло, делает несколько шагов по коридору, открывает свою дверь, переступает порог, запирает ее, скидывает туфли, проходит в квартиру.
На часах 20:43, в комнатах темно, в окно светит луна. Ей становится немного жутковато, она проходит на кухню, достает из холодильника творог. С детства мама приучила ее к употреблению этого продукта, теперь он стал просто необходимостью. Она моет укроп и еще кое-какую зелень, мелко крошит все это в свой творог, посыпает солью, садится на край кухонного уголка, включает тихо музыку и начинает есть. По радио кто-то заунывно поет, что еще больше нагоняет на нее тоску. Поставив тарелку в раковину, она проходит в комнату, зажигает свечу, взгляд ее падает на большую фотографию в рамке, стоящую на полке. На фото он, глаза ее закрываются, голова начинает болеть, она садится в кресло, и в ее сознании снова всплывает картина прошлого, от которого она так мучительно и долго пыталась