взбаламутил тут
все, а Крюков ему поверил.
И сколько потом Крюков еще служил в части, все офицеры старались ему
это припомнить и постоянно подшучивали. Зато что бы я ни говорил, и всерьез,
и правду, то уже никто мне не верил, считали, что я стараюсь подшутить над
ними и сделать посмешищем в глазах окружающих.
Я закончил рассказ, все вокруг заржали.
- Ну, Слава, ты и дал перца этому Крюкову!
- Ты сам до этого додумался?
- Сам, скучно было.
- Это хорошо, что ты рассказал, теперь буду знать, что тебе веры нет.
- Вот, опять началось. Где бы я ни рассказывал эту историю - везде одно
и то же. Народ перестает мне доверять. Тьфу, - притворно-раздосадованно я
сплюнул себе под ноги.
- Да все нормально, Слава, мы же пошутили.
- Смотрите, комбриг с генералом выходят!
И действительно, из здания выходили комбриг и генерал. Провожал их
Седов. Откровенно Седов улыбался, ну прямо картинка с плаката "Добро
пожаловать". Что-то рассказывая, зазывно смеялся, показывая на нас,
очевидно, поведал, как мы готовились к обороне. Ладно, смейся, паяц, смейся.
Как бы потом не отлился тебе этот смех, стратег хренов.
Генерал что-то сказал Бахелю и вернулся в здание, а комбриг направился
к нам. Лицо его, и без того всегда мрачное, редко когда улыбнется, здесь
было зверское и усталое. Он подошел к нашей группе.
- Что, отбивать нас хотели? - спросил он, закуривая.
- Было такое дело, товарищ подполковник. - Они же стянули больше роты,
пароли сменили, нас выпускать не хотели, при попытке проникновения в здание
или выезда с территории аэропорта - открывать огонь на поражение.
- М-да, а дезертирство нам не "шили" они?
- Хуже, распустили слух, что мы готовимся всей бригадой уйти к Дудаеву.
- Маразм какой-то. И охрана аэропорта поверила? Мы же с ними штурмовали
эту цитадель.
- Слава Богу, что нет. Подумали и посовещались и нам записку послали,
что в