и ходить рядом с собакой. Чует мое
сердце, будем грызть асфальт на этой долбаной площади.
Про себя я уже решил, что не довезу этого снайпера до штаба бригады.
Умрет он, сука, при попадании шальняка или при "попытке к бегству". Один
черт, все, что он мог рассказать, он уже рассказал.
Это в кино психологически убеждают "языка" в необходимости рассказать
известные ему сведения, ломают его идеологически. В реальной жизни все
проще. Все зависит от фантазии, злости и времени. Если время и желание есть,
то можно снимать эмаль у него с зубов с помощью напильника, убеждать
посредством полевого телефона. Такая коричневая коробочка с ручкой сбоку.
Цепляешь два провода к собеседнику и покручиваешь ручку, предварительно
задав пару-тройку вопросов. Но это делается в комфортных условиях и если его
предстоит отдавать в руки прокурорских работников. Следов не остается.
Желательно предварительно окатить его водой. А чтобы не было слышно криков,
заводишь рядышком тяжелую бронетехнику. Но это для эстетов.
На боевых позициях все гораздо проще - из автомата отстреливают по
очереди пальцы на ногах. Нет ни одного человека, кто бы выдержал подобное.
Расскажешь, что знал и что помнил. Что, читатель, воротит? А ты в это время
праздновал Новый год, ходил в гости, катался с детишками полупьяный с горки,
а не шел на площадь и не митинговал с требованием спасти наших бойцов, не
собирал теплые вещи, не давал деньги тем русским, которые бежали из Чечни,
не отдавал часть пропитых тобой денег на сигареты для солдат. Так что не
вороти нос, а слушай сермяжную правду войны.
- Ладно, давай третью, и пошли смотреть на вашего стрелка, - сказал я,
разливая остатки водки по стаканам.
Мы встали, взяли стаканы, помолчали несколько секунд и молча, не
чокаясь, выпили. Третий тост - он самый главный у военных. Если у штатских
это тост за "любовь", у студентов еще за что-то, то у военных это