то вас, сволочей, по очереди засуну, а
потом расскажете, как у него с освещением, - беззлобно огрызнулся доктор.
- А если мы негритяночку сцапаем, то мы сами проведем ее комплексное
обследование.
- Нет, лучше какую-нибудь мулаточку, они посимпатичней.
- И кореянки, говорят, тоже очень даже ничего.
- Да и баба рязанская сейчас тоже не помешает.
- Нет, мужики, бабы в Европе страшные, лучше наших сибирячек никого
нет.
Так неспешно, весело рассуждая о неграх и женщинах, мы медленно
продвигались вдоль рядов с медикаментами.
- Помогите залезть, - Женя полез на стеллаж, его подсадили, наверху он
раскрыл коробку и, подсвечивая себе фонариком, начал рыться в коробочках. -
Принимайте, только аккуратно, здесь ампулы.
- Нашел что-то?
- Да, церебролизин.
- А это что за болячка такая, что язык сломаешь?
- Не болячка, болван, а лекарство, при сотрясении мозга помогает, при
контузии.
- Это молодым солдатам необходимо при контузии, а у нас, офицеров,
мозгов уже нет - кость одна, - у меня лирическое настроение. После встряски
на "Северном" и предшествовавшего ей совещания особенно не хотелось думать о
предстоящих событиях, просто хотелось немного расслабиться.
- На выпускном курсе в военном училище был у нас в роте один забавный
случай, - продолжал я. - Жили мы на последнем курсе в общежитии.
Естественно, что порядки уже были послабже, чем на первом. И вот где-то в
апреле подъем, в туалет, и нас сержанты начинают выгонять на зарядку. На
улице холодно. Обычно мы редко ходили на нее, но тут, я уже не помню почему,
но стали нас выгонять на холод. На зарядку. Может, комиссия приехала, а
может, еще какая причина приключилась, не помню, хоть убей. И вот один
курсант, по фамилии Попов, забил на эту зарядку. Не пойду, мол, и все, хоть
режьте. Командира отделения это, естественно, задело за живое, он и
разворачивает Попова и