Примите наши искренние соболезнования. До свиданья.
Нет. Остаться не можем. Нам еще три таких "посылки" развезти надо. После
похорон зайдите в военкомат и в собес по месту жительства - оформите пособие
и пенсию. Не забудьте собрать и принести двадцать пять справок. И чтобы все
оригиналы были, а то ничего не дадим. Все, счастливо оставаться.
Хрен вам! Не выйдет! Не привезут меня в этом поганом ящике, если только
я сам на себя руки после ранения не наложу! Тьфу, тьфу, тьфу! Вперед. Только
вперед! Давай, "махра", поднимай задницы. Шевелитесь, желудки. В банке,
может, остались деньги. Ура!!! Деньги, мани, бабки, капуста! А если Госбанк,
так может, там и доллары имеются?! Может, и есть, только не будут они нас
ждать. Фас! Вперед! Шевелись! Не толкай меня автоматом в спину, идиот, а то
выстрелит!
И вновь ожила серо-грязная масса нашей бригады, и пошли, пошли, пошли.
Танки прекратили огонь, чтобы не задеть нас. Вот уже и банк рядом. Но что
это?
Из темноты с флангов послышался грохот и скрежет танковых гусениц.
Неужели "махра" спешит на помощь? Ура! Наши! Давай, навались! Сейчас мы
духов закопаем!
Из темноты действительно выехали танки. Танки марки "Т-64". У нас -
"Т-72". И эти танки устаревшей конструкции начали нас расстреливать почти в
упор. За танками пряталась пехота. Не наша пехота. Поначалу мы полагали, что
это нам идут на помощь, но духи воспользовались именно тем моментом, когда в
горячке боя мы пошли на штурм. И с флангов в тыл нам они ударили. Так никто
толком и не узнал, сколько же на самом деле было танков у противника. Они с
ходу врубились в наши порядки, кроша, молотя своими траками, катками тела
НАШИХ бойцов, наматывая на ведущие шестерни руки, ноги, внутренности,
одежду. Одновременно они расстреливали стоящие в тылу танки. Опять же НАШИ
танки. Те не могли им отвечать, потому что могли зацепить, убить, угробить
свою пехоту. Вот и стояли они как мишень.