ся вроде как неудобно.
- Здорово, Паша! - Юрка первым обнял его.
Потом я подошел поближе и протянул руку, и, после того как
поздоровались, обнялись. Почувствовал, как под руками слегка подрагивают
Пашкины плечи. Я похлопал его по спине.
- Все, Паша. Все. Мы дома. Давай встречай!
- Да, да, конечно, - Пашка суетился, что никогда не являлось его
привычкой. Видимо, после минуткинского дурдома мы все стали немного
сентиментальные. - Все готово. Все в кунге. Проходите.
- Вот это да! - мы были в восхищении, когда вошли внутрь нашего кунга.
Все было чисто вымыто и аккуратно заправлено. На ящике-столе, накрытом
чистой простыней, были расставлены бутылки с водкой, пара бутылок коньяка,
невесть откуда взявшаяся бутылка ликера и пиво! Пиво!!!
Юрка и я бросились к этому пиву и, не садясь и не раздеваясь, молча
открыли по банке и прямо из жестяного нутра начали переливать пиво в себя.
Как хорошо! Какое блаженство!
- Ну, Пашка, ну, брат, удружил! - мы не скрывали своего восхищения.
- Так пиво и все остальное вам передали с "Северного". А привез
замполит Казарцев.
- Молодец Серега!
- Молодец Сашка-комендант.
- Вода, Паша, есть?
- Воды горячей целое ведро.
- Это здорово!
Мы быстро скинули наши лохмотья - все, что осталось от нашей формы,
было желание их выбросить, но в чем пока ходить?
- Да выбрасывайте вы свои тряпки, я у тыловиков для вас новую форму
достал. Правда, не камуфляж, но новая, - и Паша вынул два комплекта новой
или, как у нас говорят, "канолевой" формы.
- Молодец, Паша.
- Отец-кормилец наш, - подхватил Юра.
Скинули последние лохмотья, голыми выскочили на улицу, и Паша поливал
нас в холодную чеченскую ночь горячей водой из ведра. Это было наслаждение.
Почти сексуальное наслаждение. Долго, тщательно мы мыли свои коротко
остриженные волосы. Упорно мылили и растирали свои