Дерьмо.
- Опять людей положим.
- Похаркаем кровью, похаркаем.
- Из-под плиты не вытащили мужиков?
- Нет. Никто и не пытался.
- Сколько их там?
- Уточнили. Должно быть двое бойцов из первого батальона.
- Слушай, вчера мародеры из батальона связи и тыловики таскали деньги.
Где эти мешки с сокровищами?
- В тыл отвезли. Тут вообще была хохма. Пока мы здесь пупок надрывали и
брали Госбанк, эти боевики громили частные гаражи. Машины расстреливали,
взрывали. Для своих личных автомобилей набрали запчастей, как дурак махорки.
А отец и сын Кулебякины вообще отмочили номер. У женщины отобрали норковую
шубу, и она затем три квартала за БМП бежала. Все просила, чтобы отдали.
- Отдали?
- Нет, конечно.
- Тьфу! Боевики хреновы. С бабами воевать!
- Для кого война, а для кого и мать родна.
- Они еще и ружей охотничьих набрали. Карабинов, правда, мало, но ружей
около двадцати штук.
- Как они их регистрировать будут?
- Хрен их знает. Что-то планируют.
- Крысы - они и в Африке крысы.
- Надо будет их пустить впереди себя, когда на Дворец пойдем, а сами
заградительным отрядом будем выступать. И как в сорок первом году приказ -
ни шагу назад. Вот тогда и посмотрим, как они будут метаться между двух
огней.
- Размечтался. Скорее они будут заградотрядом у нас за спиной.
- Да. Родина знает своих героев.
- Мужик, выпить есть что-нибудь?
- Спирт.
- Угости.
- Держите, - он протянул нам фляжку со спиртом. Судя по весу, она была
полная.
- Неплохо. Пойду поищу кружки и воду.
Юра пошел и принес три стакана и воды. Налили спирт и разбавили его
водой. Вода была мутная. Попробовали подождать, когда осядет муть, но было
бесполезно. Эх, глаза не видят, желудок не страдает.Мы чокнулись и выпили.
На зубах захрустел песок. По вкусу было похоже, что в тухлятину добавили
спирт. Но, тем не менее, в желудке стало