Ну, - помялся я, - очередная. Слух сначала почти пропал. Сейчас
постепенно восстанавливается. Посмотри, что там. Только эвакуироваться я не
буду.
- Знаю, знаю, - вздохнул Женя. - Таких полоумных полно. Давай поглядим,
что там у тебя.
Он достал и прикрепил у себя на голове круглое зеркальце, еще какие-то
блестящие штучки. Если их увидеть в камере пыток, то вполне сойдут за орудия
производства. Женя бесцеремонно схватил меня за ухо, там что-то треснуло.

Глава 18



- Потише, садист, там у меня трещит.
- Это хорошо, что трещит.
- Так оторвешь, сволочь!
- Что оторву - сам пришью.
Потом засунул сначала в одно мое ухо, а затем в другое металлическую
трубку. Затем процедуру повторил. Какого-то черта залез в рот, а затем и в
нос.
- Ну что, папа-доктор?
- Барабанные перепонки целые, воспалены после воздушного удара.
- По-русски и погромче.
- Жить будешь...
- А слышать?
- Будешь. Не сразу. Я дам тебе капли. Не простужайся. Одним словом -
береги себя.
- Работы много?
- Как грязи. Сейчас, вроде, все стихло, а ночью и под утро шел такой
поток, что казалось, не справимся. Много осколочных ранений, много перебитых
конечностей, полостные ранения. Многие умерли прямо на руках медиков, кто-то
по дороге. За ночь через медроту прошло и не выжило тридцать человек.
- Ё-моё!
- Вот-то и оно.
- Медикаменты еще есть?
- Пока хватает. Но встречались со своими коллегами из других частей.
Там - мрак. Медикаменты есть у частей МЧС (Министерство по чрезвычайным
ситуациям), но они говорят, что не дают ни Министерству обороны, ни милиции.
Говорят, что для местного населения.
- Сволочи. Своих бросают на смерть!
- Слава, ты меня извини, но работы еще много. Будут проблемы - заходи.
- Нет. Уж лучше вы к нам.
- Некогда, а когда появляется время, то валюсь спать. Сто грамм
опрокинуть некогда. Только на