ли на нас, на меня,
так и я плюю вместе с нашим коллективом на всех. Мы еще вернемся!
Внимательно посмотрел вокруг себя. Все двигались устало, медленно. Лица
безжизненны, глаза как у альбиносов красные, впалые, черты лица заострены.
Все, кого я знал в жизни толстячками, теперь осунулись. Хорошая диета. Кто
желает похудеть за минимальные сроки, приглашаю на войну. Неплохая получится
реклама. Результат гарантирую.
Если раньше перед предстоящими событиями было какое-то возбуждение, то
сейчас кроме усталости не было никаких эмоций. Воевать, так воевать. Плевать
на все. Наверное, нервная система научилась самосохраняться и не тратить
драгоценную энергию попусту на мнимые переживания, которые происходят до
наступления события. А вот при наступлении данного события уже
выплескивается адреналин, обостряются рефлексы. Умная это система,
человеческий организм.
Подошел Юрка. Он заметно нервничал.
- Что нового?
- Доктор приходил?
- Приходил, но ты не отвечай как еврей вопросом на вопрос.
- Был в штабе. Там хорошего мало. Ханкала давит. Соседи наложили полные
штаны, стрелки переводят на нас. Короче - труба.
- Это есть наш последний и решительный бой. Так получается.
- Именно так. Я смотрю, тебе это неинтересно.
- Не то слово, Юра. Мне по хрену. Что будет, то будет.
- Что-то ты расклеился совсем.
- Я спокоен. Абсолютно спокоен. Давно не было такого душевного
равновесия. Все безразлично, на душе спокойствие. Ничто не тяготит, не
мучает. Нет ни совести, ни страха, никаких эмоций. Все параллельно.
- Ты выглядишь так, словно принял какое-то решение. Не самоубийством
решил покончить, часом, или на амбразуру лечь?
- Нет. Просто смертельно устал от всего этого дурдома. И поэтому пусть
принимают любое решение. Я пойду куда угодно, кроме госпиталя. А здесь я как
был, так и остаюсь. В боевики не рвусь, но и по тылам отсиживаться не