его поддерживали, подбадривали,
старались разговорами отвлечь от боли.
Его друг, вооружившись штык-ножом, помогая себе трофейным стилетом,
расширял рану, ища осколок. Старался не причинять боли, но раненый морщился.
Ему предлагали сделать инъекцию обезболивающего, но он, сдерживая вопли
боли, стиснув зубы, посылал окружающих подальше.
Наконец "хирург" добрался до осколка. Все понимали, что его надо
выдернуть очень быстро, иначе пациент потеряет сознание от боли или, того
хуже, может умереть от болевого шока. На войне все поневоле становятся
неплохими медиками. Знания лишними никогда не бывают.
Из подсобных материалов "врач" соорудил ножницы. Рядом стоящие взяли
покрепче пациента. Он напрягся в ожидании рвущей тело и мозг на части боли,
стиснул ремень покрепче зубами. Даже при этом плохом освещении было видно,
что скулы побелели от напряжения. Глаза зажмурены. Сильнее, чем прежде, по
лицу катятся крупные капли пота.
Его товарищ осторожно погрузил в рваное плечо импровизированный захват,
ухватил осколок и рывком дернул его на себя. Раненый взвыл, дернулся резко
назад, затем так же резко вперед. Из плеча хлынула кровь. Рядом стоящие
солдаты судорожно рвали оболочки на индивидуальных медицинских пакетах, с
треском лопалась плотная бумага, летели на пол булавки, спрятанные в каждом
пакете. Рывком разматывали бинты. При этом все соблюдали осторожность, чтобы
не касаться внутренних поверхностей пакетов. Сноровисто промокали кровь.
Пытались бинтовать, но кровь мгновенно пропитывала все тампоны и стекала по
голой спине. Или были задеты крупные сосуды, или у парня плохая
свертываемость крови. Все отдавали себе отчет, что он мог истечь кровью и
погибнуть. Кто-то в темноте отстегнул магазин от автомата и начал
вытаскивать патроны. Не хотелось применять этот варварский способ остановки
крови, но выхода не было. Мелкие раны в армии, как правило,