о выходить из боя. Крикнул об этом
Юре. Он кивнул и ответил, что сам через пару минут закончит и догонит меня.
С трудом растолкав мешавших друг другу солдат и офицеров, я выкатился в
свободное пространство коридора. Решил подождать Юру, а затем идти дальше.
Вот и показался Юра. Он был возбужден:
- Как, Слава, мы дали этим гадам просраться?
- Великолепно.
- Как ты сам?
- Не дождешься!
- Как это?
- Есть анекдот, - начал рассказывать я Юре по дороге на первый этаж. -
У старого еврея спрашивают: "Как здоровье, Абрам?" А тот отвечает: "Не
дождетесь!" Вот так и я. Как бы пакостно ни было на душе, постоянно всем
отвечаю как тот старый еврей.
- Оригинально.
- Когда есть злость, то появляется задор, хочется биться за свое. А
если я буду плакаться тебе, что, мол, все хреново, то пользы не будет. Вот
представь себе, что я начну жаловаться на войну и ее бессмысленность. Ты же
ее остановить не сможешь, а про меня подумаешь, какой я чудак на букву "м".
- Неплохо, Слава. Мне нравится. А ты знаешь, что такое "мудак"?
- Мудрый армейский командир?
- Знаешь.
- Не первый год в армии. Сейчас мы с тобой будем ржать до колик, если
внизу патронов не найдем. Животы от хохота надорвем.
- Да пошел ты!..
- А кто нам боеприпасы подвезет? Ты хоть транспорт с Большой земли
видел? - для нас сейчас место в трехстах метрах от Дворца казалось глубоким
тылом.
- Что делать будем?
- Попытаемся у раненых отобрать. Им-то уже вроде как ни к чему, а нам
пригодится.
- Слава, тебя послушать, так ты ради патронов пойдешь могилы
раскапывать?
- А ты?
- Пойдем. Мы же не золотые коронки идем выдергивать. А там, глядишь,
может и помощь подойдет. У них разживемся.
- Дурдом, Юра! Чтобы воевать, мы идем забирать патроны у раненых и
мертвых! Как будто нам с тобой это надо! Рассказать нормальному гражданскому
- не поверит.