л мне на ухо Юра.
Значит, тоже бдит, это хорошо. Всегда приятно чувствовать локоть
товарища, готового тебя прикрыть и вытащить из огня.
Также генерал потребовал, чтобы выдвинули какого-нибудь председателя, а
то прежний сбежал. Духи-старейшины посовещались и сообщили, что выбрали
председателем Арсанукаева Ибрагима. Нравится мне у них демократия. Собрались
самые дряхлые, выжившие из ума и выбрали кого-то. Тут же вышел из толпы
мужчина средних лет, около сорока, в драповом, городском пальто и норковой
шапке, представился как Арсанукаев Ибрагим. Он, якобы, был в оппозиции
действующему режиму и во время первого неудачного штурма Грозного возглавлял
штаб оппозиции. Начальник штаба, так сказать. Нутро-то гнилое, за версту
видно. Ковырнуть это нутро да посмотреть, что он там возглавлял и в кого
стрелял. Ничего, рожа, придет время, и в удобный момент мы с Юрой у тебя
спросим.
Взяли с собой этого Ибрагима, мы с Юрой его окрестили "Главный Дух".
Пошли на совещание. Буталов вокруг этого духа мотыльком порхает и что-то ему
щебечет, видимо, компенсирует свою молчаливость во время сходки.
- Смотри, Слава, сейчас они целоваться будут, - Юра сплюнул под ноги.
Всех офицеров штаба позвали на совещание. Мы с Юрой переглянулись и
пошли к своей машине. Пашка уже навел порядок, оттер от сажи и копоти кунг и
накрыл на стол. Столовая сегодня еще не работала, а вот с завтрашнего дня
обещали горячую пищу.
Мы разулись и в тапочках ходили по кунгу, замерзшие и затекшие ноги
приятно отходили. Сели к столу. Рацион все тот же. Водка - украшение стола и
главное блюдо, тушенка, сгущенка, "братская могила" - килька в томатном
соусе, "офицерский лимон" - лук, крупно порезанное сало, заспиртованный
хлеб, сок с консервного завода. Тушенка была подогрета на печке и поэтому
источала аромат.
Разлили на троих. Пашка за время нашего отсутствия нисколько не
изменился.