о оружия изъяли. Пусть берут этого старика Хоттабыча, вешают за ребро
на крюк и спрашивают, чье оружие, где сын. Мы свое дело сделали. Теперь
поедем под предлогом поиска оружия переселять русских в их законные дома.
- И пусть хоть одна сучонка посмеет вякнуть - задавлю, - это командир
разведроты. Усы у него раздуваются от праведного гнева.


Глава 21




Калитка распахнулась от пинка. Вошел Буталов. Он олицетворял собой
праведный гнев чеченского народа. Быстро же он забыл Грозный. Ничего,
полковник, сейчас майор и три капитана тебе мозги враз вправят.
-- Рыжов! Что здесь происходит? Почему бесчинствуете? Местное население
пришло делегацией и говорит, что мародеры разоряют дом старейшины!
-- Мародеры?
-- Кто? Мы?
-- Смотрите, товарищ полковник, кто здесь преступник, -- Юра ногой
подтолкнул к Буталову найденное нами оружие и патроны.
-- Это вы здесь нашли? -- Буталов сдулся, как воздушный шарик.
-- И еще окровавленная постель. Раненый был. Отлеживался, -- это Юра --
начальник разведки.
-- На месячные не похоже. Слишком большая кровопотеря, -- не удержался,
съязвил комроты.
-- И сын в ДГБ служит. Слава, покажи фото, -- я молча протянул комбригу
фотографию младшенького Имсдаева.
-- А ты что, Миронов, молчишь? -- спросил комбриг.
Я криво усмехнулся и посмотрел исподлобья на него. Прекрасно знал, что
он терпеть не может, когда вот таким манером в упор на него глядят.
-- Отдайте мне этого старейшину на пару часов, он быстро вспомнит, и
где сын, и кто лежал, и как оружие к нему попало.
-- Нельзя так, Миронов! Нельзя!
-- А как же Грозный? И те парни, которые висели как Иисусы в окнах
Дворца?
-- Ты зверь, Миронов?
-- Пока нет. Но я быстро учусь. Если бы, когда входили, вначале
"закупорили" деревню, а потом прочесали ее, а уж потом устраивали переговоры
с аборигенами, то многие бы не ушли. А так приехали, много