и дело с концом. Дальше фронта
тебя уже не пошлют. А то, что он делает, - так у нас свой замполит есть,
которого мы с тобой в работе и в бою видели. Не прячется за солдатскими
спинами и свою пайку под койкой не жрет. И не устраивает всякий раз
показушных мероприятий. Ладно, с этим презервативом я еще разберусь. Вот
только где же я его видел, хоть убей, не помню. Но где-то мы с ним общались.
- Он говорил, что воевал в Приднестровье, что там тоже было нечто
похожее. Вы же тоже там были, может, там и встречались?
- Может, и встречались там. Только, Пашка, я тебе скажу, что в
Приднестровье, конечно, классная заварушка была, но по сравнению с Чечней
это невинные забавы на свежем воздухе, там бои в основном были классические,
позиционные, правда, Бендеры и Дубоссары пару раз переходили из рук в руки,
а так по сравнению с местным дурдомом - пионерский лагерь "Солнышко".
Тут я заметил, что у Пашки на шее болтается патрон на веревочке -
древний солдатский амулет, предполагающий, что это именно тот патрон,
который был отлит для тебя. Ах, если бы это было так. Расслабляют эти
амулеты, притупляют бдительность. Я усмехнулся:
- Ты гранату за кольцо лучше бы подвесил, а я дернул, или мину, или
снаряд, откуда знаешь, что для тебя пуля отлита, а не осколок от бомбы, а? А
может, плита от дома, давай, на шею все вешай, пригодится. Помнишь, как из
танкового батальона нашли бойца, удавленного вот такой же шелковой
веревочкой с патроном? И не спас он. Так что, Паша, не будь быком - сними
эту веревочку, а патрон используй по назначению.
Так за балагурством я потихоньку умял продукты, стоявшие на столе, и,
отвалившись к стенке кунга, достал снайперские сигареты, затянулся.
Промокли, похоже, от моего пота, да и на улице не май месяц.
- Паша, есть сухие сигареты?
- Есть, - он протянул мне пачку "Памира", или, как мы их