стрелять
из подствольника. Поначалу смотрел, куда падают гранаты, но это было долго,
и каждый разрыв капсюля-детонатора причинял раненой голове нестерпимую боль.
И поэтому я стрелял в сторону противника не глядя, механически вставляя
гранату и нажимая на спусковой крючок. Заталкиваю следующую. Кто-то положил
руку на плечо и попытался вынуть автомат из рук. Я дернулся и, задрав голову
(кровь начала заливать и левый глаз), увидел Игоря -- комбата.
-- Все, Слава, все. Мы отбили их, -- с трудом услышал я.
-- Давай, садись, мы тебя перебинтуем.
-- Игорь.
-- Да, Слава.
-- Передай Юрке, что она "духовка". Что она лазутчица. Передай
обязательно. Обещай.
-- Обещаю, Слава, и карту отдам. Разведчики посмотрели. Там нанесена
обстановка моего батальона и КП бригады очень подробно. Ты был прав, что она
гадина.
-- Игорь! Она -- "духовка"! -- в тот момент я был счастлив, что
оказался прав.
Мне хотелось только одного: чтобы -- если я помру и не доеду, --
передали всем, что они не правы, они отпустили врага. Хотели мне вколоть
ампулу с промедолом, я отказался:
-- Нет, мужики. У меня с собой есть документы, вот когда я их передам
Юре, тогда, пожалуйста, колите хоть цианид, а пока -- везите на КП.
-- Тебя к медикам надо.
-- Это потом. Вначале на КП. Если не доеду, то передайте Юре, что она
"духовка", это стало моей идеей фикс.
Меня погрузили на БМП, дали офицера в сопровождение и повезли.
Разведчики уехали чуть раньше, до начала атаки, карту взяли с собой. Пока
везли, меня пару раз рвало, и от тряски я терял сознание. Добрались на КП.
Меня тут же внесли в зал для совещаний.
-- Где Рыжов? Рыжова сюда! орал я на все КП. -- Передайте ему, если его
нет, что она "духовка"!
-- Слава, тихо. Мы уже знаем, разведчики передали карту. Не волнуйся.
Я с упорством пьяного идиота все продолжал неистовствовать и кричать,
что Хава,