капитан
Миронов.
Но между психологическим климатом этих двух войн есть и принципиальные
различия - и это главное.
Во-первых, это - бескомпромиссная ненависть к противнику. Никаких
человеческих чувств по отношению к сражающимся боевикам Миронов и его
товарищи не испытывают. Это - ВРАГ. И только.
Полтора века назад при всей ожесточенности противоборства
психологическая атмосфера была иной. Полковник Константин Бенкендорф в
воспоминаниях фиксирует парадоксальные, на нынешний взгляд, ситуации. Во
время наступления на какую-то высоту русские солдаты услышали, что ее
защитники горцы громко молятся, призывая Аллаха. - "Солдаты же, прежде чем
броситься в атаку, приостановились, и слышно было, как они говорили:
"Нехорошо, Богу молятся!" Во время изнурительного похода, перед смертельной
схваткой, русский солдат испытывает неловкость оттого, что приходится
прервать молитву противника - "Нехорошо, Богу молятся!"...
Тот же Бенкендорф рассказывает удивительный эпизод: "Однажды, в один
базарный день, возникла ссора между чеченцами и апшеронцами (солдатами
Апшеронского полка. - Я.Г.), куринцы (солдаты Куринского полка. - Я.Г.) не
преминули принять в ней серьезное участие. Но кому они пришли на помощь?
Конечно, - не апшеронцам! "Как нам не защищать чеченцев, - говорили
куринские солдаты, - они наши братья, вот уже 20 лет как мы с ними деремся!"
В ходе многолетней войны возникло парадоксальное чувство родства -
"братства" - с противником. Ничего подобного мы не найдем в повествовании
капитана Миронова. Там есть признание высоких боевых качеств противника, но
ни о каком уважении, тем более о чувствах, которые испытывали к чеченцам
куринцы, солдаты одного из самых героических кавказских полков, и речи нет.
Разумеется, боевики Дудаева и Басаева, сражающиеся за бесконтрольность
территории, вчерашние советские генералы, офицеры,