хватит времени для
проработки аптечных складов.
- А ваши предложения по гостинице "Кавказ" и площади?
- Предлагаю - во время приема раненых я или кто-нибудь другой свяжется
с нашим направленцем в штабе ставки и обсудит все возможные варианты. Если у
нас примет кто-то железнодорожный вокзал, то первый батальон совместно со
вторым элементарно может выбить духов, для поддержки при зачистке можем
придать и третий батальон. А также, если удастся поближе передвинуть один из
дивизионов самоходных артиллерийских установок, то мы вполне можем уложиться
в указанные сроки. Если только друзья-соседи по указке из "Северного" нас
опять не будут обстреливать, как это бывало уже не раз, - я не мог
удержаться и не отпустить шпильки в адрес проверяющего.
Затем долго обсуждали "за" и "против" моего плана действий, и после
получасовых дискуссий командир в целом одобрил мой план. Колонну он решил
вести на "Северный" самостоятельно. С собой из штабных брал меня с Рыжовым,
начальника разведки, командира медроты, командира третьего батальона,
замкомандира по тылу. После подсчета оказалось, что раненых у нас всего,
включая батальоны, находится сто двадцать два человека, и многие
отказываются от эвакуации. Хотя, казалось бы, для тебя война закончилась, ты
не струсил, не сам прострелил себя, на многих были готовы или
подготавливались наградные листы. Многие бойцы после ранения могли
рассчитывать на досрочное увольнение с военной службы. Но нет. Даже многие
тяжелораненые отказывались от эвакуации в тыл. На многих приходилось
командирам кричать, приказывать, убеждать.
Многие бойцы откровенно плакали от обиды, как будто их несправедливо
обидели или наказали. Кто-то не хотел уезжать из-за солдатского братства, не
мнимого, а истинного, многие откровенно говорили, что еще не утолили свою
жажду мести за погибших товарищей. И, глядя на эти лица, на эти