и горящие
безумным внутренним огнем, но при этом озаренные каким-то светом глаза,
понимаешь, что эти люди готовы отдать свою жизнь за окружавших тебя
товарищей. Отдать, не задумываясь, не торгуясь со смертью, противником, а
просто встать между пулей и товарищем, заслоняя собой, при этом не требуя
никаких привилегий, наград, индульгенций. Я задавал себе вопрос, на который
так до сих пор и не нашел ответа: может, это и есть то самое величие духа
русского солдата, которое не сумела сломать ни одна армия в мире? И это
несмотря на то, что ни одно правительство в России не любило, даже боялось
своей армии и постоянно стремилось сломать ей хребет, сделать то, что не
удавалось противнику. А русский "махор", несмотря на козни своих
руководителей и отчаянное сопротивление любого супостата, вгрызаясь в его
горло, мстя за своих погибших товарищей, погибая сам, убивал врага. Смерть
одного рождала и породит еще желание мести у окружавших его сослуживцев, и
так будет продолжаться до последнего солдата. А правительство, зная этот
парадокс, периодически будет подбрасывать новых противников, потому что,
когда закончатся явные враги, а ты уже вкусил крови и остановиться
практически невозможно, ты оглянешься.
А когда оглянешься, то поймешь, читатель, что пока ты дрался по
чьему-то не понятному никому приказу, вся страна спокойно жила, процветала.
Кто-то сумел на войне сколотить приличный капитал, кто-то перетащил деньги
за границу, а твой товарищ солдат, которого ты, обливаясь потом и кровью,
тащил обезноженного под обстрелом, получает от государства пенсию за обе
свои ноги в 300 рублей.
И после третьего тоста он схватит тебя за руку и, заглядывая в глаза, с
надрывом в голосе спросит: "Зачем, зачем ты вытащил меня?" Тебе будет
горько, обидно, стыдно, что ты спас его. И тот поступок, которым ты
гордился, - и, может, тебя наградили за это,