упоминая о промежуточных, да и еще
называя такие персоналии, как Дудаев, то это голая политика. Политика для
военного - это смерть, верная гибель, потому что эти придурки не думают о
загубленных жизнях и последствиях, им важен результат, и как можно скорее.
Цель оправдывает средства. Иезуитская аксиома.
Мы все уперли взгляды в карту, выходило, что мы должны на полном ходу
проскочить мосты. А если не удастся, или проскочит только часть войск, а
затем духи взорвут мост? То тогда тех, кто проскочил, самых резвых, самых
первых вырежут на наших глазах, как баранов. Никому эта авантюра не
нравилась. Мы профессиональные военные, и рисковать жизнями, как своими, так
и чужими, мы учились с первого курса военного училища, но вот так абсурдно
гибнуть, ну нет - увольте. У всех присутствующих помрачнели лица, все
поняли, что если сейчас не отстоим свою позицию, то смерть Майкопской
бригады покажется детским лепетом на лужайке. Тем более что это даже не
железнодорожный вокзал, а резиденция их президента, символ национальной
гордости. Тут надо или атомную бомбу кидать, чтобы разом со всем покончить,
либо авиации и артиллерии долго и упорно трудиться.
Из тени выдвинулся так называемый начальник штаба группировки полковник
Седов. О нем мало кто знал, но война часто выносит и великих полководцев, и
великих бездарей на вершину военного Олимпа. Про Седова я ничего не мог
сказать, но если это он разработал план, лежащий перед нами на столе, то он
не бездарь, а военный преступник или, вернее, - преступник в погонах. Седов
начал говорить. Голос у него был хорошо поставлен. Чувствовалось, что не
тушуется перед Ролиным и выступать ему уже приходилось не раз. Судя по
выправке и обветренному лицу, не из Генерального штаба, а строевой офицер.
Послушаем.
- Товарищ генерал, товарищи офицеры, - начал Седов, - противник
сосредоточил основные силы в районе площади