домов после смерти
брата стали
называть эти качели памятником
Валере Десяткину.
Но тут случилась одна история, которая
как
пуля влет оборвала его молодую жизнь.
Поехали они со знакомыми на рыбалку.
Поехали вчетвером. Да только в живых
осталось только двое.
Что случилось точно знают оставшиеся в
живых. Знают, но молчат. Или врут,
отводя глаза.
А было все примерно так. Втроем поехали
ставить сети. Одним из них был
брат. Было это 16 октября 2004 года в
Новгородской области около деревни
Сутоки.
Знакомый его, что был вместе с ним в
лодке, Жданов Сергей, упал за борт. А
мой брат стал его спасать. Двое
оказались
за бортом лодки на озере. Лодка черпнула
воду, и стала наполняться водой.
оставшийся в лодке откровенно
струсил,
приналег на весла и поплыл к берегу.
На работе этого спасшегося звали
Чепуховедом. Уж не знаю почему, но эта
кличка прикрепилась к нему наглухо.
Брат мой плавал хорошо, мы с ним вместе
Волгу переплывали. Это в две стороны 3
километра, плюс течение. Один он бы
выплыл. Несмотря на холод и темноту.
Но бросить своего товарища, тонувшего в
воде? он не мог. Поэтому боролся за его
жизнь до конца.
Но не смог сберечь и свою, утонув
вместе с
ним.
Чепуховед остался жить. Главное это
ведь
жить, правда?
А ребята, которым он мог помочь, но не
помог, утонули. Утонули просто и жестоко.
Они до последнего кричали ему:
-
Чепуховед, вернись, помоги...
А тот не помог. Просто испугался.
Бог ему судья. Хотя на войне таких
свои же
стреляли.
А брат мой Десяткин Валерий
Юрьевич, мог
поступить так же? Бросив тонувшего
товарища в воде.
Но бросить он его не мог.
Просто физически не мог.
Хотя его никто никогда бы не
упрекнул в
этом.
Он боролся до конца за жизнь друга.
Но сил просто не хватило.
Вечная память, тебе, брат.
Если бы я воспитал его более
эгоистичным -
он был бы сейчас жив.
Смерть забирает часто самых лучших.
Увы, с этим ничего не поделаешь.
Когда я ехал к нему, зная, что он
утонул,
в купе вошел